«В период ожесточенной подпольной борьбы особой полиции в Верхней Силезии возникло то, что впоследствии называлось феме — тайным политическим судом... Исходя из требований момента, следовало действовать, и если один из отрядов особой полиции получал известие, что тот или иной человек,, которого считали другом, сотрудничает с поляками или оказывает какие-либо услуги французам, то разве можно было прикалывать кинжалом к его двери письмо от имени тайного суда или вызывать его на тайное судилище?! В этом случае он должен был исчезнуть очень быстро и возможно незаметнее. И исчезнуть так, чтобы никогда больше не появиться. Так оно и случалось. Положение в Верхней Силезии в то время было таково, что решающее значение имел только один вопрос: поляк ты или немец. Такая постановка вопроса встречала молчаливое и полное согласие профсоюзных руководителей и социал-демократических партийных функционеров. Это происходило как с ведома г-на Зеверинга, так и с согласия одного из политических деятелей партии центра, впоследствии министерского чиновника д-ра Шпикера».

В годы, непосредственно предшествовавшие второй мировой войне, Шпикер жил как «эмигрант» во Франции и был агентом Второго бюро французского генерального штаба — центра французского военного шпионажа.. От него он получал деньги.