Политика поощрения и использования самых агрессивных и реакционных сил Германии против Советского Союза, равно как и против немецких демократов, впервые родилась вовсе не после 1945 года. Она имеет свою бесславную традицию, сложившуюся в течение десятков лет. Начало этой политики относится еще к периоду первой мировой войны. Не последнее место занимала она в срыве всех усилий предотвратить вторую мировую войну. Сегодня та же политика западных держав и германских империалистов снова представляет собой серьезную угрозу миру и существованию немецкой нации.
В своих воспоминаниях о первой мировой войне Уинстон Черчилль требовал — и это в то время, когда германские войска оккупировали районы Украины, Белоруссии и Прибалтийских государств,— чтобы западные державы в своей военной интервенции против молодой Советской республики всслользовались услугами германских вооруженных сил, тех самых германских вооруженных сил, против которых они только что закончили ожесточенную четырехлетнюю войну, стоившую жизни 869 тысячам граждан Великобритании и свыше 1,3 миллиона французов. Черчилль в своих мемуарах в главе «Великая война» пишет:
«Задача захватить Россию слишком тяжела для одних держав-победительниц. Если мы действительно этого хотим, то осуществить эту задачу можно лишь с помощью немцев. В настоящий момент они оккупируют богатейшие и наиболее густо населенные области России. Почему бы и им, вместе с нами, не принять участие в мероприятиях по наведению порядка на этом большом восточном пространстве?» Черчилль не был одинок в своем мнении. Желание натравить германских милитаристов на молодую Советскую республику открыто высказывалось и в американских ответственных военных кругах. Так, главнокомандующий американской оккупационной армией в Германии после первой мировой войны генерал Генри Т. Аллен писал в своем дневнике, что Германии должно быть «разрешено распространиться на Восток». Он обосновывал такую политику следующим образом:
«Распространение Германии на область России заняло бы немцев на весьма длительное время и, таким образом, уменьшило бы напряжение в Западной Европе». (Генри Т. Аллен, «Мой рейнский дневник», Берлин, 1932, стр. 51.)