Особенно дорого пришлось оплатить политику своего правительства французскому народу. Выражая эту политику, газета «Тан» — официоз французского министерства иностранных дел — 23 декабря 1938 г. писала: «К счастью, господин Гитлер думает об Украине!» Позиция правящих кругов Франции еще яснее выражена в рассуждениях близкого друга Даладье французского профессора-историка Дрио, который в своей статье, опубликованной 1 июня 1940 г. в журнале «Ревю дез этюд наполеоньен», заявил;

«Моя политическая мечта, это чтобы г. Чемберлен и г. Даладье отдали Россию до Владивостока г. Гитлеру: тогда все будут довольны». (Цитируется по книге «История дипломатии», т. 3, М., 1945, стр. 723.) Спустя полторы недели после появления этой статьи войска гитлеровской Германии вступили в Париж.

Сквозящее в заявлении профессора Дрио авантюристическое отношение к вопросу о войне с гитлеровской Германией, которой охотно бросили бы в пасть весь Советский Союз, если бы имели возможность это сделать, ясно проявилось в поведении французского и британского правительств в тот период войны, который характеризуется как «странная война» (обстановка на германо-французской границе с момента нападения Гитлера на Польшу и до его вторжения во Францию). В этой «странной войне» западные державы долгие месяцы пассивно выжидали, а что же сделает Гитлер дальше. Подвергшаяся нападению Польша тщетно надеялась на активную помощь, обещанную ей Великобританией и Францией.