Крики империалистической пропаганды о немецком пушечном мясе для американской войны переросли за последние два года в конкретные требования создания западногерманских военных соединений. В парламентах западных государств, на дипломатических конференциях торгуются о размерах вооружений и о командовании немецкой армией. С представителями немецкого милитаризма, с боннским правительством и социал-демократическими лидерами непрерывно ведутся прямые переговоры о ремилитаризации.
Большие заботы, однако, причиняет этим скупщикам и продавцам пушечного мяса позиция немцев, о жизни и самом существовании которых идет торг. Их мнения не только не хотят спросить, но и запрещают спрашивать. Вот что писала газета «Франкфуртер альгемейне цейтунг» 21 декабря 1950 г.:
«При перевооружении немцев речь идет не только о том, чтобы одеть сто пятьдесят тысяч человек в военную форму, но и о том, чтобы овладеть душой всей нации. Эту азбучную истину сейчас не любят, повидимому, более, чем когда-либо». Это замечание вызвано отнюдь не враждебным отношением к ремилитаризации. Оно продиктовано стремлением выторговать возможно более высокую цену в виде политических уступок. Тем не менее следует упомянуть об одной «неизвестной величине» в расчетах поджигателей войны, которая, между прочим, вызывает обоснованную тревогу и у главнокомандующего северо-атлантическими вооруженными силами. В своем докладе сенату и палате представителей в Вашингтоне 1 февраля 1951 г., о котором уже упоминалось выше, Эйзенхауэр, сообщив о своих впечатлениях о поездке во Францию, Бельгию и Италию, сказал:
«У меня были особые причины не упоминать до сих пор о переговорах, которые я вел в Германии. Я лично думаю, что в этом вопросе, прежде чем говорить об объединении немецких частей в армию, следует выработать какую-то определенную политическую платформу, прийти к соглашению о предоставлении этой нации заслуженного равенства. Конечно, я как командующий не хочу, чтобы в армиях, которые находятся под моим командованием, были недовольные элементы, солдаты, которые служат так, как служили гессенцы во время наших революционных войн. Это было бы лишь источником слабости.
Поэтому, пока политические руководители, дипломаты и государственные деятели не найдут исчерпывающего ответа на данный вопрос, солдату не следует особенно глубоко вдаваться в эти дела». («Нью-Йорк тайме», 2 февраля 1951 г.)
Как бы дипломатически ни обходил Эйзенхауэр в этом своем заявлении весьма хорошо известное ему положение с ремилитаризацией в Западной Германии, он все же указывает на решающий пункт: нежелание трудящихся Западной Германии позволить, чтобы их вновь погнали на войну. Поэтому он настойчиво требует, чтобы политики, дипломаты и государственные деятели пришли к соглашению относительно уступок, которые следует предложить представителям германского империализма и милитаризма.